Рассекречены документы о карателях на Украине в годы войны

Управление ФСБ по Архангельской области рассекретило очередной документ послевоенного времени. В этот раз из архива подняли занимательное дело полицая Эдгарда Зееля. На своём «творческом пути» он изменил Родине, казнил гражданских, послужил в СС, успел побывать в плену у союзников и вернуться в СССР, где и нашел свою смерть.

Молодой советский тракторист, этнический немец, муж и отец Зеель Эдгард Густавович встретил 22 июня 1941 года в родном селе Князевка, что в Херсонской области недалеко от Кривого Рога тогдашней Украинской ССР. Несмотря на происхождение, Эдгард не говорил по-немецки и с трудом читал на этом языке.

К августу 1941 года немецкие войска дошли до его малой родины, взяли Кривой Рог и прилегающие территории. Каким-то образом 26-летний Зеель избежал довоенной мобилизации, а на фоне рушащихся фронтов вербовщикам, похоже, было не до него. Добровольно вступать в Красную армию Эдгард также не спешил, решив пересидеть неспокойные времена в собственном доме. Жена и двое детей тоже не эвакуировались на Восток, оставшись при хозяйстве.

Скорее всего, Зеель изначально не был идейным нацистом, но и особой любви к советской власти тоже не испытывал. Судя по тому, что до 1942 года о нем ничего не было известно, можно сделать вывод, что поначалу он не испытывал сильных восторгов по поводу прихода нацистов на его землю, зато, спустя год после оккупации, его биография заиграла новыми красками.

К 1942 году оккупационный режим на Херсонщине укрепился: появилась гражданская администрация из местных жителей, собственная валюта и работа для гражданского населения. Всю провизию немцы держали под строгим надзором и выдавали скудные пайки по продуктовым карточкам. Карточки выдавались только тем, кто работал на захватчиков. Чиновники и представители новой власти получали реальные деньги, которые уходили не только на еду.

Параллельно началась вербовка населения в отряды полиции. Немецкие солдаты нужны были Гитлеру под Сталинградом, на Кавказе и на московском направлении, где Красная армия уже перешла в контрнаступление. Поддерживать нацистский порядок на занятых землях должны были добровольцы из местных, которых последний год тщательно обрабатывали пропагандой из всех щелей.

В том же 1942 году советские партизаны из Беларуси и севера Украины начинают проникать все глубже на захваченные территории. Немцы отвечали на рейды диверсантов жестокими карательными операциями, отрезая их от связей с деревней и лишая поддержки местных путем физического устранения последних.

Основные карательные функции ложились на те самые полицейские отряды, в один из которых и записался герой данной публикации в августе 1942 года.

До 1943-го Зеель вместе с другими полицаями жили в родной Князевке Херсонской области, в 1944-м их перевели в село Голохвастовка Каменец-Подольской области. Все это время добровольцы под началом СС грабили окрестные деревни, изымая продовольствие у местных. В один из таких рейдов в январе 1944-го отряд СС из 4 человек нарвался на партизан. В бою был убит один немец, еще один получил ранение.

Вернувшись в штаб, нацисты доложили о случившемся. В ответ командование приказало собрать карательный отряд из солдат СС и полицаев и зачистить ближайшую деревню Коневка, жители которой помогали партизанам. Советским диверсантам пришлось отступить, но, несмотря на маленькую победу, немцы не успокоились.

Полицаи и ССовцы вошли в деревню в количестве 140 человек, подвели к глиняной яме, собрали местных, отфильтровали мужчин, а стариков, женщин и детей раздели и выстроили в шеренгу вдоль ямы.

Параллельно полицаи поджигали каждый дом.

Граждан мужского пола расстреляли позже после допроса на предмет участия в партизанских отрядах, а остальных начали ликвидировать на месте. В материалах дела указано, что все казненные были убиты выстрелами с близкого расстояния в висок или затылок. После эксгумации тел и опросах немногочисленных свидетелей выяснились подробности казни.

С обоих концов шеренги стояло по одному полицаю. Они должны были двигаться навстречу друг к другу, методично расстреливая в голову гражданских. Чтобы дело шло быстрее, да патронов уходило поменьше, женщинам приказывали приставлять головы их детей к своим — так можно было убить двоих одним выстрелом. Упавших в яму добивали неприцельным огнем.

Совсем маленьких детей убивали ударом приклада или другим тяжелым предметом.

Итогом карательной операции стали 73 трупа гражданских и 176 сожженных здания, в числе которых местный клуб и школа.

Эдгард Зеель принял непосредственное участие в уничтожении села. Известно, что ему был отдан приказ отконвоировать 50 жителей деревни, не менее 8 из которых он расстрелял лично. В материалах дела также сказано, что Зеель лично подпалил два дома и забрал себе пару сапог с одного из убитых.

После данного инцидента след карателя теряется до марта 1944 года. Тогда он вместе с немецкой армией бежал в Польшу. Там украинские полицаи были не нужны, поэтому Зеель принял германское подданство, принес клятву верности Гитлеру и вступил в ряды СС.

Новоиспеченному солдату Рейха удалось повоевать, но недолго. Май 1945 года он встретил раненным в госпитале, который был захвачен американцами. Коллаборанту, карателю и ССовцу в одном лице повезло попасть в плен к союзникам. Этот случай позволил Зеелю выиграть еще несколько лет жизни.

В лагере для военнопленных Эдгарду удалось скрыть свое прошлое, а союзники не слишком-то хотели разобраться, что за человеческий материал попал к ним в руки. В материалах дела сказано, что в плену Зеель согласился сотрудничать с американской разведкой, вести подрывную деятельность против СССР и распространять капиталистическую пропаганду.

Подобная расписка действительно имеет место быть, но, вероятнее всего, бывший полицай поставил автограф на этой бумажке, чтобы просто вернуться в Советский Союз.

На данном этапе в этой истории появляется Архангельская область, куда Зееля сослали на лесозаготовки, как простого военнопленного по программе репатриации. Следующие 6 лет Эдгард валил деревья под Онегой, пока до его дела не дошли руки северных чекистов.

Следователи предположили, что этнический немец родом из советской Украины, попавший в плен вовсе не на Восточном фронте, наверняка попал на другой конец Германии не просто так. После сверки фактов и оперативной работы, относительно спокойная жизнь Зееля на севере закончилась.

Нашлись косвенные подтверждения участия его в карательных операциях на Украине, к ним подшили показания других военнопленных, служивших с Эдгардом и выяснилось, что в Архангельскую область проник не простой насильно угнанный в тыл украинец, а кто-то посерьезней.

Самой главной уликой в деле Зееля стали показания прямого очевидца его преступлений из того самого села Коневка. Один из жителей с горящим взглядом уверял следователей, что лицо человека на фото он запомнил на всю жизнь, ибо именно от его руки он едва не погиб зимой 1944 года.

Когда Эдгард начал расстреливать гражданских, будущий свидетель не стал дожидаться своей очереди, а сделал вид, что его зацепило пулей, вошедшей в товарища по несчастью и свалился в яму, притворившись мертвым. Когда каратели делали контрольные выстрелы, мужчину ранило в ладонь и щеку, но и тут ему повезло выжить.

После того, как полицаи ушли, он откопался из братской могилы, ушел в леса и несколько месяцев прожил вдали от цивилизации, пока не вышел к советским солдатам.

Выживший житель Коневки безошибочно опознал в Зееле нацистского карателя, выдержал очную ставку со своим убийцей и сделал всё от себя зависящее, чтобы военный преступник понес заслуженное наказание.

На допросах выживший мужчина в подробностях описал все, что с ним происходило и теперь эти уникальные документы доступны всем желающим на сайте ФСБ в разделе «История».

Что касается обвиняемого, то удивляет, с каким спокойствием он описывает обстоятельства своего преступления. Поначалу он даже преувеличил свои заслуги, сообщив, что убил больше людей, чем на самом деле, но не из-за гордости или извращенного хвастовства, а потому что всего лишь ошибся в подсчетах.

В деле нет ни раскаяния убийцы, ни сожаления о содеянном, просто сухие факты: «выстроил в линию, поднес ствол к виску, выстрелил, перешел к следующему».

15 сентября 1952 года Эдгард Зеель ровным почерком ставит подпись под своим приговором и уходит на расстрел, ставя точку в собственной биографии.

Данная история — лишь малая часть того, что творилось на оккупированных территориях. Лишь в одном только Волочисском районе, где орудовал отряд Зееля, советские следователи нашли больше 9 тысяч трупов гражданских. На телах многих жертв были следы издевательств, людей закапывали живьем лежа, сидя, стоя. Рассказы про «дышащую землю» — не вымысел и даже не преувеличение.

Абсолютное большинство эксгумированных тел перед смертью были избиты. Человеческие останки находили на местах сожженных хат и сараев.

Многие участники вышеописанных зверств дожили до конца войны, некоторые даже прошли фильтрацию, но наказания постепенно добрались до большинства. Один попадался в руки чекистов, каялся, сдавал сослуживцев, сослуживцы — других сослуживцев, выжившие местные узнавали карателей из соседних деревень. И вот так, по ниточке, от одного свидетеля к другому правосудие добралось до Эдгарда Зееля и многих его коллег.

Изображение: РУФСБ России по Архангельской области.

Исторические события:

• Московская стратегическая наступательная операция 05.12.1941-07.01.1942.